Свою точку зрения относительно названия исследуемого явления высказал Е.Ю. Черкашин, который ставит под сомнение целесообразность этимологического определения юридического факта именно юридическим фактом: «... волевой акт мог быть назван иным термином, чем «юридический факт» . Учитывая его сущностную роль в правовом регулировании, это понятие не совсем подходит. Ибо в этимологическом значении факт характеризуется нейтралитетом по сравнению с нагрузкой, которую берет на себя волевой акт, порождающий права и обязанности. Очевидно, возникновение, изменение, прекращение правоотношений связано с более общим фрагментом права. Таков волевой юридический акт».