Каль куро. Согласно Уральскому этимологическому словарю лексема kaĺ-kuro обозначает ‘за́росли ивняка’ [UEW, 217], по этимологическому словарю Вершинина каль это ветла, ива [4, Т. I, 100]. Этнологами и фольклористами подчеркивается высокая степень аксиологичности фольклорных произведений, которая присуща в целом народной культуре и проявляется в потребности приписывать всем элементам окружающего мира как положительных, так и отрицательных свойств [5, 53; 17]. В поэтическом языке причитаний похоронно-поминального цикла присутствует оценочное, эстетически ориентированное восприятие деревьев: умарь чувтыне / яблоня называется «красивой», кипарисовое дерево «любимым», пой чувто / осина «проклятой». Ива привязана к влаге, поэтому место произрастания ивовых насаждений, растущих по берегам и в поймах рек, на болотах, не считается пригодным для захоронений. Приведенные эпитеты с положительной коннотацией небезосновательно связаны с почитанием деревьев и их культом. Осина, по мнению И. Н. Михалкович, символизирует тоску и печаль и это в какой-то степени обусловлено природными свойствами осины: дрожанием листьев и ветвей, горьким вкусом коры. «Горькая осина со значением печали входит в символические картины-описания, изображающие определенную ситуацию: горечь и переживания плакальщицы и окружающих» [10, 76]. Такое представление дублируется и в мокшанской загадке: Вирьса сюдов шуфта, / Вармафтома шумнай. ‒ В лесу проклятое дерево / Без ветра шумит [12, 52]. В фольклорно-мифологическом восприятии осина преимущественно антропоморфизирована, о чем свидетельствуют мокшанские загадки, в которых она передается через признаки трясущий, дрожащий, поющий, пугливый, а шелест листвы приравнивается к человеческому пению: Кивок аф эвфнесы, / В трназь эряй ‒ Никто не пугает, / А всегда дрожит; Кивок аф эвфнесы, / А сокоты ‒ Никто не пугает, / А дрожит; И либорди, морай, / И лиемс ёрай, / Вастстонза аф срхкави ‒ И шелестит, и поет, / И летать хочет, / А с места не тронется [12, 52]. В народных загадках осина уподобляется девушке: Вальмала стирня, / Кельмофтомонга сокоты. ‒ Под окном девушка, / Без холода дрожит [12, 52]. Н. А. Криничная считает, что в традиционных воззрениях крестьян всегда присутствует представление о деревьях-людях, деревьях-животных и даже деревьях-людях-животных и синкретизм различных фито-, зоо-, антропоморфных свойств в единый синтетический образ зиждется на архетипических проявлениях [8, 78].