В связи с этим было предложено начать бороться за улучшение сексуальной жизни: "много клеветы было, наложенных на юношеские головы о якобы доминирующей Откровения полового акта у молодых взрослых, но декада проанализировала все материалы и удалила постыдное обвинение советской молодежи." Революционная эпоха усугубил проблему "трудных детей", потребовала организации домов для сирот и бездомных детей и разработки специального метода воспитания этих детей. Надо сказать, что контингент детских домов был замечен педологами как достаточно плодородный "материал" для влияния образования, потому что дети бездомные не были отравлены мещанским или крестьянским эгоизмом, но, наоборот, имели ряд "первичных способностей коллективизма". А. Залкинд справедливо потребовал, чтобы их называли "временно исключенными из колеи", а не "дефектными и вырожденными". Даже характер и поведение явного психопата считались более доступными для" планового регулирования", чем внутренняя жизнь сытой эрудита с "паразитическим отношением". По словам А.Залкинда, на него особенно легко повлияли новые методы образования, " организмы из бедных социальных групп "- пролетариат, беднейшее крестьянство или маргиналы-должны были только создавать специфические соблазны " для животноводческих организмов." В целом, педологический обзор отношений к нормам напоминает работы А. Фуко, показывающие границы культурной и исторической ситуации, таких оппозиционных понятий, как" безумие-норма "или" преступление регулируется законодательством" — действительно, не так давно, эпилептики спутали с ведьмами и отправляли на костёр, а иногда и почитали за великих пророчиц. А. Залкинд также отметил, что отклонения от социальных и этнических норм "могут быть изучены только после определения понятия этой нормы."