Этот социально-политический фон не проходит бесследно для творчества писателя. Петербург на страницах его романов становится совсем иным, непохожим на город униженных и оскорбленных. Теперь Достоевский защищает и пропагандирует государственные идеи: из юного революционера в монархиста. Вера в человека — это то, от чего автор никогда не отступался. Богословская идея, христианство – путь истинный и непреклонный. Л. Н. Гроссман пишет об эволюции политических убеждений Достоевского следующее: «Гениальный романист был сломлен своей эпохой и уже не мог отважно и дерзостно пойти свободным путем Герцена, Гейне или Гюго. Мертвая хватка царизма прервала наметившийся рост вольнолюбивых мечтаний юного Достоевского, жестоко изломала его молодую судьбу, властно приковала к своему жестокому делу и вероятно одержала мрачнейшую и печальнейшую из своих побед, насильственно отторгнув эту огромную творческую силу у той литературы "грядущего обновленного мира", к которой так жадно прильнул на заре своей деятельности молодой ученик Белинского и Спешнева» [Гроссман 1934, с. 120].